ЕГЭ. Как это устроено (часть 2)

    Итак, ответа на поставленные в первой части статьи проблемы ЕГЭ не дает, а только усиливает их.
    Но все течет и все меняется, и чем больше людей задумается над существующим абсурдным положением дел, тем, возможно, меньшее время абсурд будет продолжаться…

    Для начала давайте определимся — а нужен ли ЕГЭ вообще или стоит от него отказаться?

    Пожалуй, единственной разумной задачей Единого Экзамена как инструмента мониторинга и управления образованием может быть автоматизированная оценка результатов обучения в школе на всех этапах учебы.

    Что касается комплексной оценки результатов обучения (итоговый экзамен) и оценки способностей (вступительный экзамен в ВУЗ), то их следует выделить в отдельные, не связанные друг с другом процедуры. В отношении школьного итогового экзамена и документов, получаемых учеником, следует говорить о возвращении статуса главного документа Аттестату зрелости, при выставлении итоговых оценок в который должны учитываться достижения учащегося на протяжении всего периода обучения. Результаты ЕГЭ должны использоваться для подведения итогов текущего периода обучения.

    При этом процедура ЕГЭ может производиться, например, один раз в два года в течение всех лет обучения в школе, давая, таким образом, полноценную картину успехов учащегося. ЕГЭ из сложной системы с непрозрачным устройством следует сделать простой, открытой и понятной системой объективного мониторинга — инструментом для учителя и родителей. А формирование вопросных баз (КИМов) должно быть передано учительскому сообществу (с соответствующим методическим контролем публикуемых вопросных баз). Создаваемые вопросные базы должны стать открытыми, то есть полностью доступными для всех участников образовательного процесса.

    Из открытых вопросных баз учитель сможет формировать контрольные материалы для текущей работы, учащиеся по ним смогут проверять свой уровень знаний и, контролируя себя — закреплять изученный материал. Ни кого же не смущает фактическая открытость экзаменационных билетов в ГАИ, а ведь именно по ним и изучают правила будущие водители!

    ЕГЭ, разумеется, должен стать экзаменом, результат которого известен сразу и баллы по которому начисляются по понятной и прозрачной системе!

    Фактически, ЕГЭ должен стать одним из инструментов компьютерного контроля, данные которого рассматриваются как данные текущего мониторинга, могущие лишь косвенно повлиять на итоговую оценку по результатам работы учащегося в течение учебного года.

    ЕГЭ не может быть единственным испытанием по итогам учебного года или по окончании школы! Обязательным дополнением к итоговому ЕГЭ в конце очередного этапа учебы должны служить творческие и деятельностные испытания учащихся по пройденным на данном этапе обучения темам. Называйте их как угодно, придумывайте любые формы таких испытаний, но главное — они должны быть! Проверять успехи учеников только тестами — преступно!

    ЕГЭ, проводимый органами управления образованием по итогам учебного года, должен быть обеспечен соответствующим правовым статусом с целью соблюдения законодательства о персональных данных. В этом вопросе следует придерживаться практики врачебной деятельности, когда врач и медицинское учреждение несут соответствующую ответственность перед пациентом о неразглашении личных сведений.

    В рамках этой логики для принятия административных и управленческих решений в системе образования данные ЕГЭ должны использоваться лишь в обезличенном формате общей статистики. Этого вполне достаточно для принятия управленческих решений на уровне муниципалитета или страны. Что касается вступительного экзамена при поступлении в ВУЗ, аналог ЕГЭ, используемый для автоматизированной оценки потенциала будущих студентов (оценки способностей), должен формироваться по иной технологии и на основе отличных от «школьного ЕГЭ» вопросных баз. Вопросы для поступления должны проверять не знания, а способности, готовность к освоению профессии!

    Однако логика наполнения этих вопросных баз должна быть аналогична «школьному ЕГЭ» — вопросы должны браться из открытых банков вопросов, наполнение и контроль качества которых следует поручить преподавателям ВУЗов. Соответственно, открытость подобных «вступительных» вопросных баз задаст планку для будущих студентов и обозначит уровень требований, определяемых ВУЗами к претендентам. От ЕГЭ в его нынешнем смысле для проведения вступительного испытания можно оставить лишь автоматизацию процесса массового отбора претендентов.

    «Вступительный ЕГЭ» должен стать удобным инструментом для ВУЗов, обеспечивающий независимый и качественный первичный отбор претендентов. Окончательное решение о зачисление студентов должно приниматься на основе комплексного испытания, включающего в себя как «вступительный ЕГЭ», так и творческие испытания, разрабатываемые самим ВУЗом.

    При этом право использования технологии «вступительного ЕГЭ» надо полностью передать ВУЗам — если качество «вступительного ЕГЭ» и аналитических данных, получаемых ВУЗом при его использовании, будет высоко, тогда никого заставлять использовать их не придется. Любой ВУЗ с удовольствием воспользуется предоставляемой государством системой на добровольных началах и встроит ее в свою индивидуальную процедуру отбора лучших студентов.

    Во многом, высказанные мной предложения навеяны общением со специалистами в области педагогической оценки знаний, разговорами с учителями обычных российских школ, чтением большого количества материалов по ЕГЭ, в том числе и упомянутого в первой части доклада математиков Малинецкого и Подлазова, из которого я позволю себе привести еще одну цитату:

    «Как известно, Царь-пушка никогда не стреляла, а Царь-колокол никогда не звонил. Единый государственный экзамен, несомненно, достоин продолжить этот ряд как зеркало, которое ничего и никогда не отражало.

    Организация и проведение единого государственного экзамена требуют огромных усилий, но результаты оказываются в государственном масштабе ничтожны. А ведь в ходе ЕГЭ собирается огромный массив ценнейшей информации, которая далее толком никак не обрабатывается и не исследуется.

    Если результаты экзамена объективны, то их можно и должно использовать для выработки и принятия обоснованных управленческих решений. Где основные болевые точки системы образования? Какое влияние оказывают те или иные принимаемые меры на его качество? Каким школам и регионам необходимо оказывать помощь? Никто не пытается этого узнать с помощью ЕГЭ. И не только потому, что нет доверия к нему как к инструменту измерений, но и потому, что само его введение не было продумано...»

    Сказано исключительно точно и профессионально. Предлагаю подумать, как исправить это кривое «Царь-зеркало». Возможно, все сказанное и предложенное мной покажется кому-то однобоким, кому-то — амбициозными и несбыточным, кому-то — неразумным. Очень хорошо!

    Я для того и высказываюсь публично, чтобы мы задумались и вместе начали обсуждение, которое, очень надеюсь, позволит выйти на разумные и устраивающие общество решения.

    В любом случае, жить в мире абсурда долго невозможно. У меня растут дети, они ходят в школу и им через несколько лет предстоит выбирать свой дальнейший путь. Я бы хотел, чтобы «Царь-зеркало» не помешало им сделать правильный выбор…